June 9th, 2016

Перевоччицкое

У Оруэлла есть небольшое стихотворение, которое так и называется - "Небольшое стихотворение". В русском переводе оно содержит (ближе к концу) такие не вполне понятные строки:

Как жалкий червь, как евнух я,
Не пущенный в гарем.
Я и прелат, и комиссар,
Иду, и пью, и ем.

По радио меня зовет
К победам комиссар,
Ну а прелат — он мне сулит
Земной, надежный дар.


В оригинале это выглядит так:

I am the worm who never turned,
The eunuch without a harem;
Between the priest and the commissar
I walk like Eugene Aram;

And the commissar is telling my fortune
While the radio plays,
But the priest has promised an Austin Seven,
For Duggie always pays.


С "Остин Семь" всё понятно - это маленький и дешевый автомобильчик. выпускавшийся почти весь межвоенный период. Дагги, как нагуглилось, был знаменитым букмекером, а "Дагги платит всегда" - его девиз. То есть, обещания священника очень земные, но, вопреки переводу, не очень-то надежные. А вот с Юджином Арамом все гораздо менее понятно.

Гугление помогло установить, что это был английский филолог восемнадцатого века, казненный за убийство. А известен он до нашего времени не сам по себе, а благодаря хрестоматийному стихотворению Томаса Гуда "Сон Юджина Арама" (оно, например, пародируется в "Алисе в стране чудес"). Стихотворение кончается так:

That very night, while gentle sleep
  The urchin eyelids kiss’d,
Two stern-faced men set out from Lynn,
  Through the cold and heavy mist;
And Eugene Aram walk’d between,
  With gyves upon his wrist.


То есть, Юджин Арам шагал в кандалах между двумя стражниками, ведущими его на казнь. И так же шел герой оруэлловского стихотворения между священником и комиссаром. Переводчик же написал, что герой одновременно является прелатом и комиссаром - что не имеет никакого отношения к смыслу авторского текста. Возможно, что за 30 лет я первый, кто обратил на это внимание и выяснил истину.

Это, конечно, мелочь, но такое вот удачно проведенное расследование приятно щекочет моё самолюбие.